Комментарий исторический
Известно всего пять грамот Готье II с дарениями ренты в лесу Пине: 1) дарственная 22 января 1143 года в пользу аббатства Басс-Фонтен (Basse-Fontaine, dép. Aube, com. Brienne-la-Vielle), которому Готье II пожертвовал в числе прочего десятую часть своих доходов в Пине, включая доходы с леса (Lalore, III. P 1; Roserot, III. P. 1118; Arbois 1872, n. 40); 2) недатированная грамота аббатству Ларивур (Larrivour, dép. Aube, com. Lusigny-sur-Barse) с дарением 40 солидов (2 ливра) ренты с доходов от леса в Пине (AD Aube, 4 H 1, f. 58v; Arbois 1872, n. 56); 3) недатированная грамота тому же аббатству Ларивур с дарением 100 солидов (5 ливров) ежегодной ренты с регулярных доходов графа в лесу Пине (in consuetudinibus nemoris Pisneii) (AD Aube, 4 H 1 (Cart. de Larrivour). F. 58v; Arbois 1872, n. 55); 4) изданная в то же время и в том же месте недатированная грамота в пользу аббатства Фонтевро (Архив СПбИИ РАН. ЗЕС. Карт. 326, № 5; Мажуга, № 4); 5) недатированная грамота Готье II, в которой было добавлено 60 солидов в пользу приората Фуаси и установлен срок выплаты во время ярмарки Св. Ремигия в Труа (кратко отмечена в инвентаре грамот Фуаси: AD Aube, 27 H 1*, f. 6 (n. 111); ориг. с печатью Готье II: AD Aube, 27 H 3/4; Bodin. P. 19). Последний документ был удостоверен графом Бриеннским Эрардом II (1158/1161–1189/1192); грамота известна по копии в регистрах Королевской счетной палаты 11 сентября 1744 года (Arch. Nat., LL 1159a, f. 7). Грамота Готье III удостоверяет обе грамоты Готье II в пользу Фонтевро и его шампанского приората Фуасси, меняя время выплаты (следующее воскресенье после Пасхи) и назначая ответственного чиновника – прево графа Бриеннского в Пине. Согласно последующей грамоте Готье IV, изначально выплата в пользу Фонтевро была приурочена Готье II к ноябрьской ярмарке в Труа (Архив СПбИИ РАН. ЗЕС. Карт. 326, № 10; Мажуга, № 6). Сеньория Пине (Piney, dép. Aube) была второй по значению в графстве Бриеннском, историческим центром которого была Бриенна (Brienne-le-Château). Для прево Пине А. Розро приводит за весь XII век два свидетельства с именами в числе свидетелей актов 1172 года («Vingerus») из картулярия аббатства Монтьераме (Montiéramey, dép. Aube) (Lalore, VII. P. 89) и 1189 года (Рауль) из картулярия аббатства Басс-Фонтен (Basse-Fontaine, dép. Aube, com. Brienne-la-Vielle) (Lalore, III. P. 28; Roserot, III. P. 1120). Аббатство Фонтевро было основано пустынником Робертом Арбриссельским в 1101 году как двойной монастырь, где находили приют, как мужчины, так и женщины. Центральная обитель Ордена состояла из четырех монастырей: главная женская обитель Св. Марии (Grand-Moûtier – адресат дарения Готье II), приорат Сен-Лазар со странноприимным домом, конвент св. Марии Магдалины для кающихся грешниц и мужская обитель – приорат Saint-Jean-de-l'Habit. Приораты Фонтевро изначально состояли из двух обителей – мужской и женской. Во главе одноименного Ордена стояла аббатиса Фонтевро. Аббатство с самого начала давало приют одиноким женщинам из аристократических родов, благодаря чему получало множество вкладов от их родственников, а монастырская усыпальница стала последним пристанищем целого ряда представителей королевских династий Плантагенетов и Бурбонов. Монастырский архив, дошедший до наших дней в основном своем объеме и хранящийся в Архиве департамента Мен-е-Луар, занимает целую подсерию 101 H (437 картонов), посвященную самому аббатству, и несколько десятков подсерий (в каждой от нескольких штук до полутора десятков картонов), посвященных отельным доменам и приоратам Фонтевро 102 H – 246 Н (Levron. P. 22–47). Согласно выпискам Ф. Р. де Геньера из монастырского архива 1699 года (BNF, lat. 5480. Vol. I. P. 429) все три грамоты графов Бриеннских хранились в мешках под номерами 89 и 90. Приорат Фонтевро в Фуаси (Foicy, или Foissy, dép. Aube, com. St-Parres-aux-Tertres), согласно грамотам Генриха I Щедрого, графа Шампани, 1165 года и аббата Св. Мартина, августинской обители в Труа (Saint-Martin-ès-Aires), 1136 года, был учрежден благодаря пожертвованиям дамы Шап (Chappes, dép. Aube) и дарению графа Шампани Теобальда II (1125–1152), передавшего аббатству Фонтевро пустынь в одном из своих охотничьих угодий вблизи Труа, основанную, вероятно, начале XII века (Roserot. P. 54–55; Gautier-Ernoul). Традиция датировать учреждение монастыря 1102 годом (Courtalon-Delaistre, III. P. 71; Cottineau, I. Col. 1164) не имеет под собой оснований. Начиная со второй четверти XII века монастырь располагал обширной собственностью в самом Труа. Документы Фуаси 1127–1816 годов сохранились в Архиве департамента Об (Troyes. Arch. dép. Aube. 27 H, связки 1–62, 1*–37*). Фонды приората в архиве Фонтевро содержат документы XIII–XVIII веков (Angers. Arch. dép. Maine-et-Loire. 145 H (3 картона); Levron. P. 3). Грамоты из собрания Н.П. Лихачева, однако, относились к архивному ядру головной обители. Должное местоположение этих грамот в нынешних фондах Фонтевро, предположительно, относится к картонам 55–56 подсерии 101 H – «Дарения королей Франции, герцогов, графов, епископов и т.д.» с XII по середину XVIII веков (Levron. P. 23). Из общего массива эти документы были изъяты, согласно приказам Людовика XV 1738, 1739 и 1741 годов, и отправлены в Париж для восстановления утраченных при пожаре регистров королевской Счетной палаты, о чем 11 сентября 1744 года на каждой грамоте с лицевой или оборотной части была сделана соответствующая запись (Мажуга. С. 315). Поскольку король Франции являлся наследником как графов Шампанских, так и сеньоров Бурбоннэ, им же были унаследованы и обязательства регулярных выплат в пользу духовных учреждений, принятые на себя владетельными дарителями. В 1766 году документы были еще раз рассмотрены членами специальной комиссии при Парламенте, на предмет определения тех дарений королевских предшественников, которые подлежали бы выкупу в казну. Два документа – дарения Гвидо Дапьерского и графа Шампани Теобальда IV (Архив СПбИИ РАН. ЗЕС. Карт. 326, №№ 25а, 47) были отмечены, как не подлежащие выкупу ввиду ответного обязательства монахинь Фонтевро поминать дарителя (т.е. прямых предков венценосной особы) в годовщину его смерти. По-видимому, грамоты так и не вернулись в архив Фонтевро, будучи застигнуты революционными событиями в Париже, а затем пропав в частных собраниях на целое столетие. В составе Большого картулярия Фонтевро, от которого сохранилась лишь часть с актами по середину XII века, дополненными записями 1189–1194 и 1203–1206 годов (110 первых листов утрачено; Paris, BN, n. acq. lat, 2414 (olim coll. Phillipps, ms. 67); Stein, n. 1390; Grand cartulaire de Fontevraud (Pancarta et cartularium abbatissae et ordinis Fontis Ebraudi) / Publ. par J.-M. Bienvenu, avec la coll. de R. Favreau et G. Pon. T. I–II. Poitiers, 2000–2005), с которым работали эрудиты XVII века Э. Усо и А. Дюшен (Paris, BN, coll. Touraine-Anjou, t. 12, pp. 144-160; coll. Duchesne, t. 22, ff, 401-418), наших актов тоже нет.
Комментарий палеографический
Документ написан дипломатическим минускулом конца XII века на основе каролингского с заметным влиянием письма епископских грамот, канцелярии графов Шампанских и папской канцелярии. Отличительной чертой эпохи являются удлиненные пропорции букв по сравнению с каролингским периодом, их близкое примыкание в словах и характерные засечки в верхней части малых вертикалей, придающие вершине сходство с булавой. Кое-где заметен небольшой расщеп между этим коротким штрихом, обозначающем место постановки пера и примыкающей к нему вертикали. Вертикаль таким образом вычерчивается минимум в два приема. Такие засечки – предшественники будущего готического излома. Такие же засечки в качестве декоративного элемента добавлены в верхней трети верхних выносных ‘b’, ‘l’, минускульной ‘d’ и ‘h’, ‘f’ и вертикальной ‘s’, создавая впечатление двойного острия пики или алебарды. Унциальная ‘d’ имеет косую волосную засечку. Нижние засечки выполнены в виде округлых волосных штрихов, выполняющих роль соединительного элемента и продолжающих движение пера по вертикали – при сохранении его ориентации – в право. Нижние выносные ‘p’, ‘q’, ‘f’ и вертикальная ‘s‘ имеют завершение в виде тонкого волосного штриха, уходящего под строку влево; такое же завершение имеет второй элемент буквы ‘h’, конечная ‘i’ и сокращение -or(um). Округлый вариант ‘r’ используется после ‘о’ и один раз после ‘b’ (Ebraudi). Есть лигатура ‘ct’ с верхним соединением (octabis). Знаки сокращения используются редко: для большинства случаев – тильда в виде короткого прямого штриха с уходящей в низу волосяной засечкой, молниеобразный штрих для слога -er, сокращения -orum с таким же молниеобразным штрихом, буквенные титла – avu(s), habeat(ur). Союз ‘et’ пишется целиком либо специальным знаком в виде кириллической буквы ‘ч’. Прописные буквы используются для начала документа, начала частей формуляра, имен графов Бриеннских и их титула. Знаки препинания в виде точки, стоящей на середине высоты буквенного корпуса, стоят регулярно и используются для окончания предложений, периодов, пауз, выделения числительных и денежных единиц. Один раз встречается точка с запятой для членения формулы корроборации. Для окончания документа использована сложная комма в виде двух точек с запятой. В тексте присутствуют исправления: первые четыре слова написаны другими чернилами и как будто другим пером; слова «Galterus avus» в первой строке написаны поверх стертых слов.