BCz 2097 IV_Запись 19 - с. 143.

BCz 2097 IV_Запись 19 - с. 143.

Медицинская, частично уничтоженная запись. По мнению А. А. Турилова, три медицинские записи ЛЕ скорее всего современны друг другу и, возможно, выполнены одним почерком последней трети XIII в. Впервые запись упомянута Т. Фриделювной (без прочтения) (Friedelówna 1974, 74). Буквы – 2–2,5 мм, однако они существенно бледнее, нежели большинство букв в других записях. Текст написан в две строки с соблюдением полей, заданных основным текстом Евангелия. Прочитана частично В. Б. Крысько. На с. 143 представлен единственный рецепт с указанием его назначения. Три медицинские записи Лаврошевского Евангелия представляют собой первые медико-фармакологические тексты такого рода, обнаруженные на восточнославянской территории. С XVI и особенно с XVII в. известно множество травников и лечебников (см. Ипполитова 2008; Герасимова и др. 2015), но для древнерусского периода ничем подобным наука ранее не располагала (см. Груздев 1946, 11–14). В свое время Л.Ф. Змеев (1895, 262), поддержав тезис, согласно которому «врачевство принесено к нам греческим духовенством», предположил, что «греческие учители наши сами учились у гип[п]ократиков. Стало быть, они могли привезти к нам, вместе с греческими учеными врачами, лишь научное врачевство». Г. И. Попов (1903, 91) писал: «…древние русские монастыри являются не только центрами религиозной жизни и очагами просвещения, но получают и врачебное значение». Эти предположения, основывавшиеся на косвенных свидетельствах, получают блестящее подтверждение в записях ЛЕ, которые, говоря словами Змеева (1895, 80), являются «остатком седой старины», реликтом существовавших у южных славян и на Руси и пришедших из Византии весьма разветвленных знаний о том, как надо лечить различные болезни. До сих пор о наличии подобных текстов у славян позволяла судить лишь найденная в 70-е гг. прошлого столетия на Синае т. н. Псалтырь Димитрия – глаголический кодекс с вложенными в него тремя листами медицинских рецептов XI в., которые, очевидно, отражают те же целебные практики, ориентированные и на монахов, и на мирян, хотя и не обнаруживают прямых текстуальных совпадений с медицинскими маргиналиями ЛЕ и лексической соотнесенности с греческой традицией.

с. 143. «на изм(т) возми дерев(ц) гребе(н) ижгя [иг/п]рес[ь/ъ] и попелъ. [и] горчи(ц) лукъ Часно(к) попра иоря иф[и]арьска(г) и со[л]и [паре?] | стохию ѹксусъ - - - - - [и?]зо[м]ъ [со]прикладываи». (‘Для извержения возьми деревце гребень (тамариск?), сжегши… и пепел, и горчицу, лук, чеснок, перца, яри скипидарной (?) и соли… стахис, уксус… вместе прикладывай’.)