151-го июля в 11 день. Такову скаску дали докторы Артман да Яганус.

У которых людей горло запухнет и потом провалитца наружно и та немощь от лихово поветрия.

Лечить ту немочь:

Петчи[1] ягоды винные и мешать с фиялком что пластер и тем прикладывать и буде фиялку нет ино в то место[2]с печеным луком смешать истолчи так станет платырь к той наружно ране прикладывать[3] {да потом пла}* того ради, чтоб поветренной отравной жар вывесть и потом живити пластером деаколон и тем людям давать питейцо пити сколь скоро почует такую болезнь, именуетца та трава которую в пиве варить и пити мелифолиум и пити да закутався потеть и такую траву пьют, варя в пиве, и здоровые люди для обереганья здравье в такие времена.

(Другие чернила и почерк) А щипать с тое травы мелифолиум цвет с семенем да сушить а изсуша кла//Л. 2// (другой почерк)сть в молодое пиво в бочки, завязав в плат, которая бочка будет ведер десять, и в тое бочку цвету положить горсть, а то пиво давать пить немочному.

А только молодова пива не лучитца а такое питье понадобитца вскоре, и тое травы мелифолиум сушеной цвет положить в пиво и не новой вари, и варить тот цвет в пиве столько как чает сваритца свежея рыба. А пива положить сколько бы немочному выпить, а цвет положить щепти з две небольших, и процедя пить то пиво //Л. 3// теплое и быть в теплой избе {иле и покутаца}* и одевся теплым на постеле и потеть.

Да тот же цвет класть в вино виницейскую скляницу щепти по три ил* и по четыре,  или и болши а как то вино с цветом устоитца {и то вино}*, и ево пить по утру в другом или в третьем 4* часу дни для обереганья от тлетворного ветру.

Да и здоровым людем в такие времена тот цвет в пиве и в п[4]ине пить с утра надобно.

Таково письмо дано боярину Федору Ивановичю Шереметеву.

[1] Зачеркнуто: жарить

[2] Зачеркнуто: з жареным

[3] Зачеркнуто: да потом пла.

[4] Описка писца. Правильно - "вине". Вероятно, он начал писать слово «пиве».

Настоящий документ — это первая из дошедших до нашего времени сказок врачей Аптекарского приказа. До нас дошли, к примеру, сказки докторов о лечении болезни angina [РГАДА. Ф. 143. Оп. 1. Д. 131][1], «сказка и вымысл всех <докто>ров о болезни, имянующейся рожа» [РГАДА. Ф. 143. Оп. 1. Д. 129][2] b «сказка, какую сырую траву кладут в питье, от которой травы холодит» [РГАДА. Ф. 143. Оп. 1. Д. 132][3]. В тексте упомянуто растение мелифолиум – тысячелистник (Achillea millefolium).

[1] РГАДА. Ф. 143. Оп. 1. Д. 131.

[2] Там же. Д. 129.

[3] Там же. Д. 132.

Текст написан канцелярской скорописью двумя разными почерками. Первый писец оставлял совсем небольшие поля слева. Второй писец пишет две последние строки на Л. 1, а затем, переходя на Л. 2 и перенося слово «кла//сть», оставляет слева поля вдвое больше, чем его предшественник. Тем не менее, цвет чернил во втором почерке различается: создается впечатление, что второй писец сначала закончил две последние строки, не дописав окончание слова «класть» (или дописал его на каком-то листе, который до нас не дошел), а уже потом, спустя какое-то время принялся за второй лист и продолжил работу не прерываясь до Л. 3. Вместе с тем, мы обнаруживаем многочисленные вставки на Л. 2-3, сделанные первым почерком и чернилами того же цвета, что и текст на Л. 1. Все исправления на Л. 1. сделаны первым писцом чернилами одного цвета с основным текстом. Создается впечатление, что работать с этим источником начал один человек (вероятно, старый подьячий), а затем передал его другому (молодому подьячему), а затем проверил его работу и подправил ее. В тексте встречаются явные описки писца. Так, во фразе «тот цвет в пиве и в пине пить с утра надобно», во второй части явно имеется в виду «вино», но писец по ошибке начинает во второй раз писать слово «пиво».

Сказки не имели устойчивого формуляра и, судя по всему, составлялись в связи с конкретными запросами, касавшимся различных медицинских аспектов. Сказки стали основой для появления во второй половине XVIIвека такого источника как «осмотр». Используемый в конце текста термин «письмо», означающий в одном из своих значений «письменный текст различного характера и назначения» [Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 15. С. 57]. В данном случае это может косвенно свидетельствовать о том, что изначально сказка была составлена на немецком или латыни, а затем с нее был сделан список по-русски, но оригинал ее обнаружить пока не удалось или он не сохранился.